Заседание Казначейского комитета усилило тревогу по поводу повышения налогов в Великобритании. Попытки игорной индустрии предупредить о рисках роста черного рынка, судя по всему, остались без внимания.
Налоговый эксперт Совет по ставкам и азартным играм (BGC) Стивен Ходжсон и генеральный директор организации Грейни Хёрст были раскритикованы членами Специального комитета, которые не скрывали своего негатива к сектору азартных игр.
В первой части заседания бывший генеральный директор и соучредитель Paddy Power Стюарт Кенни обвинил индустрию в «нагнетании страха». Он заметил, что после повышения налогов в Ирландии в 2019 году поступления почти удвоились, и черный рынок не вырос. В ответ Ходжсон заявил, что «не может поверить своим ушам». Он намекнул, что Кенни умолчал о растущих трудностях розничного сектора в Ирландии, из-за которых было закрыто более 120 пунктов приема ставок.
На это последовал резкий комментарий от Дэйм Мэг Хиллер, которая отметила, что COVID, вероятно, также сыграл значительную роль в закрытии ирландских точек.
Ходжсон согласился, что доля правды в этом есть, но подчеркнул, что условия для букмекеров в Ирландии остаются крайне сложными. Он также указал, что между экосистемами ставок в Ирландии и Великобритании множество различий, а сравнивать их некорректно.
Дэйм Сиобайн Макдона раскритиковала розничный сектор, заявив, что пункты приема ставок превратились из мест общения в очаги проблем, связанных с алкоголем и наркотиками, вызывая беспокойство избирателей. Она заметила, что операторы в ее округе просто не желают признавать эту проблему. Хёрст попыталась защитить розницу, что привело к напряженному обмену репликами и ее согласию посетить букмекерские компании в ее округе Митчем.
Следом Хиллер обвинила индустрию в том, что она «подрывает собственные точки, делая их неприветливыми». Хёрст парировала тем, что многие сотрудники могли бы найти более легкую работу, но остаются в букмекерских компаниях, потому что увлечены своим делом. Она также подчеркнула, что в условиях, когда британская розница испытывает острый дефицит посетителей и нуждается в экономическом оживлении, 90% клиентов букмекерских компаний затем тратят деньги в других магазинах на улице. По ее мнению этот факт должен учитываться, особенно когда налоговое давление грозит задавить розничный сектор.
После того как тема «вреда для главных улиц» была исчерпана, депутаты перешли к вопросу налогообложения — в частности, стоит ли устанавливать разные ставки налога для различных продуктов азартных игр.
Хёрст оспорила логику этой идеи, но по мере усиления давления устала от линии допроса. Депутаты, казалось, стремились поймать ее на противоречиях. Хёрст держалась за позицию не говорить ничего отрицательного о регулируемом секторе, но этот подход, возможно, пошел во вред. В итоге аргументы стали повторяться, что раздражало комиссию.
Хёрст неоднократно отрицала, что азартные игры создают социальный вред. Она снова подчеркнула, что лишь 0,4% населения имеет проблемы с азартными играми. Однако статистика возмутила комитет, обвинивший ее в умалении масштабов проблемы.
Хёрст настаивала, что люди взаимодействуют с азартными играми по-разному, и в целом ошибочно утверждать, что сама индустрия создает социальный вред.
«Хотя я признаю, что некоторые части игорной индустрии вносят экономический и культурный вклад в Великобританию, я, честно говоря, поражена тем, что представители сектора ставок не могут признать, что определенные виды азартных игр, такие как высокоаддиктивные онлайн-казино, наносят социальный вред некоторым людям. Я не считаю такую позицию защитимой», — сказала Хиллер.
Руководитель экономическими исследованиями в аналитическом центре IPPR Карстен Юнг признал, что в отношении «наиболее вредных видов азартных игр» повышение налогов само по себе не остановит значительное число игроков. Он скептически отнесся к сравнению с нидерландским рынком. По его мнению реакция операторов на налоговые повышения может привести к негативным последствиям вроде тех, что наблюдались в Нидерландах и на которые часто ссылается индустрия.
Сама индустрия регулярно утверждает, что повышение налогов в Нидерландах отпугнуло игроков, снизило налоговые поступления и подтолкнуло людей к черному рынку. Однако Юнг считает, что вины здесь больше на операторах. По его словам, те стали «выжимать доходы из альтернативных источников» и сокращать коэффициенты, отталкивая игроков.
Доктор Тео Бертрам из Social Market Foundation добавил, что процветанию черного рынка в Нидерландах способствовала «печально известная культура вседозволенности» («ber infamous permissive culture») страны. Он отметил, что в Нидерландах налоговые меры принимались в составе широкой реформы игорного регулирования, а в Великобритании вводятся как единичная мера. Бертрам отвергнул нидерландский пример как «уникальный», приведя в пример показатели уровень удержания игроков в легальном секторе Эстонии и Чехии.
Юнг и Бертрам сошлись во мнении, что повышение налогов может сопровождаться ростом доходов операторов. Бертрам также подчеркнул, что слоты значительно опаснее других видов азартных игр. Хёрст оспорила это, заявив, что вреднее не продукт сам по себе, а то, как игрок с ним взаимодействует, и что проблемные игроки, как правило, используют множество вертикалей.
Следом Хёрст и Ходжсон вынуждены были дистанцироваться от турецкого коррупционного скандала, связанного с Entain периода до ребрендинга компании в 2020 году, когда она называлась GVC Holdings. После этого стало ясно, что напряжение между BGC и комитетом возрастет.
Хёрст и Ходжсон попытались перенести внимание на угрозу черного рынка и прямую связь между налоговым давлением и его ростом. Ходжсон привел исследования, сравнивавшие ситуацию в ряде штатов США. Однако комиссия была настроена холодно и указала, что исследования финансировались BGC. Затем ее обвинили в «неискренности» из-за отказа признать различия в уровне рисков среди клиентов.
Хёрст защищала индустрию, указывая на прогресс в маркерах вреда, но комитет быстро парировал, что прогресс слаб и мало реализуется на практике. Глава BGC заявила, что отрасль предпринимает меры по блокировке игроков с проблемами, и подчеркнула, что «розница и онлайн-сектор имеют высочайшие стандарты» в сфере безопасности и вмешательства.
Либеральный демократ Бобби Дин пытался добиться согласия по базовой статистике вреда и доле доходов от проблемных игроков. Хёрст предупредила о легком доступе к казино вне GamStop и призвала депутатов самостоятельно поискать нелегальные сайты. Однако Дин заявил, что связь между налогами и ростом черного рынка — «слабый» аргумент, отвергнув нидерландский пример и приведя в пример Эстонию и Чехию.
Хёрст осталась непреклонна: «мы не должны толкать игроков к черному рынку». Она добавила, что черный рынок в Великобритании растет, поскольку налоговые поступления от регулируемого сектора снижаются, а само регулирование ужесточается в результате White Paper Review.
Кажется, отрасль могла «переборщить с криком о волках»: предупреждения о черном рынке в Вестминстере намеренно игнорируются, а любые параллели с Нидерландами считаются необоснованными.
Пока же итоги заседания можно считать провальными для сектора, который потерпел очередное PR-поражение. И «Красный кейс №11» с большой вероятностью загонит розницу в период нестабильности и даст черному рынку возможность взлететь на новые высоты.
Не забудьте подписаться на наш телеграм-канал!
