Украинский рынок азартных игр сейчас активно растет и переживает множество изменений. Планируется запуск новых систем контроля, блокировка нелегальных операторов, внедрение дополнительных мер по защите игроков. Всё это связано с работой нового регулятора PlayCity, который в последние месяцы демонстрирует высокую активность.
О работе PlayCity, ситуации с азартными играми в Украине и прогнозах на 2026 год SBC Eurasia поговорили с председателем Украинского игорного совета (UGC) Антоном Кучухидзе.
– PlayCity только в октябре заблокировало более 300 нелегальных сайтов, а штрафы за незаконную рекламу составили 24 млн гривен. Считаете ли вы, что эти цифры говорят о реальной эффективности работы регулятора, или это скорее демонстрация активности? Ощущает ли легальный рынок, что правила игры действительно изменились?
– Любому государственному органу необходимо время, чтобы показать эффективные результаты. В принципе, если говорить о реализации полномочий, один полноценный год работы – это хороший срок, чтобы без манипуляций проанализировать все достижения или, наоборот, все проблемы, которые регулятору не удалось решить. Поэтому стоит выждать определённый период.
Новый регулятор оказался в довольно сложной ситуации. Я считаю, что основные результаты мы увидим именно после полного года работы. Часть нелегальных операторов блокируется, часть – нет. Если рассматривать отдельные кейсы, видно, что этот процесс носит нерегулярный характер: реклама по-прежнему присутствует, в частности блогеры продолжают размещать новые рекламные материалы.
При этом преимуществом нового регулятора является то, что работа против нелегальных операторов продолжается – борьба не останавливается. Разрабатываются новые инструменты, и требуется время, чтобы увидеть их реальный эффект.
На данный момент, на мой взгляд, пока рано давать окончательную оценку достигнутым результатам в борьбе с нелегальным рынком. В целом хочу отметить, что борьба с «чёрным» рынком – это постоянный процесс, который никогда не заканчивается. Мировая практика это подтверждает. Если офлайн-сегмент еще можно более-менее охватить, то онлайн-сфера развивается настолько стремительно, что работать с ней необходимо ежедневно, постоянно аккумулируя значительные ресурсы – административные, правоохранительные, медийные и другие – для эффективного противодействия теневому рынку.
– Несмотря на массовые блокировки, нелегальный сегмент продолжает существовать и мигрировать. Ранее вы писали, что в США теневой сектор «съедает» 74% рынка. Какова примерная доля теневых операторов в Украине сейчас и почему блокировка доменов и рекламных аккаунтов в соцсетях пока не решает проблему системно?
– Всё довольно просто. Важно понимать, что в Украине сейчас существует всего около 20–25 легальных сайтов. Легальные операторы азартных игр несут крайне высокий уровень ответственности и значительную законодательную нагрузку, в частности в части обязательной верификации и идентификации игроков. Кроме того, игроки обязаны платить налог с выигрышей.
Таким образом, на «белом» рынке существует множество обременительных требований, которые полностью отсутствуют на «чёрном»: нет налога на выигрыши, нет верификации и идентификации, минимальные ограничения и контроль.
Более того, в соответствии с действующим законодательством государство должно вводить лимиты на время пребывания игрока в игре, а также финансовые ограничения. Если эти правила будут реализованы в полном объёме без надлежащего контроля нелегального сегмента, значительная часть игроков просто уйдёт на черный рынок, где никаких ограничений нет.
С учетом таких факторов, как лёгкий доступ, отсутствие налогов, развитие биткоина, криптовалютных схем и электронных денег, нелегальный рынок становится всё более конкурентоспособным и привлекательным для игроков. Даже риск потери выигрыша или передачи банковских данных неизвестным лицам зачастую не останавливает пользователей от перехода к нелегальным операторам.
В процентном выражении ситуация выглядит поразительно: при наличии всего 20–25 легальных сайтов количество нелегальных ресурсов достигает как минимум нескольких тысяч. При этом процесс блокировки незаконных платформ продолжается – ежедневно и даже ежечасно, – но одновременно появляется ещё больше новых сайтов. Фактически можно говорить о тысячекратном преимуществе нелегального сегмента над легальным по количеству онлайн-ресурсов.
Именно поэтому решить проблему системно и быстро невозможно, даже несмотря на наличие правильных и необходимых инициатив со стороны государства. Масштабы чёрного рынка остаются крайне высокими и требуют комплексного, долгосрочного подхода.
– Говоря о «серых зонах», вы неоднократно подчеркивали проблему контроля лотерейного сектора, который фактически имитирует азартные игры. Почему, несмотря на реформу регулятора, вопрос с лотереями до сих пор не решён и почему они не приравнены к азартным играм на законодательном уровне?
– На самом деле вопрос лотерей уже частично решён, поскольку новый регулятор утвердил лицензионные условия для лотерейной деятельности. Отныне лотерейные компании должны проходить соответствующую процедуру лицензирования и могут легально осуществлять свою деятельность. Это означает, что налоговые и лицензионные поступления из этого сектора наконец начнут поступать в бюджет.
На сегодняшний день ситуация всё ещё находится в стадии развития. В ближайшее время можно ожидать первых практических результатов в виде лицензионных и налоговых платежей от лотерейных операторов.
Ключевой задачей было создание законодательной и регуляторной базы. Она сформирована, но остается несовершенной, поскольку у лотерейных компаний сохраняется юридическая возможность имитировать азартные игры. В этом контексте необходимо усилить правоохранительный контроль за деятельностью будущих легальных лотерейных операторов, чтобы предотвратить подобные практики.
Таким образом, с одной стороны, вопрос формально решён, но вызовы остаются. При этом позитивным моментом является то, что государство наконец приняло лицензионные условия, которые не утверждались более 10–11 лет.
– Вы неоднократно говорили о том, что в Украине до сих пор нет четкого определения валового игрового дохода (GGR). Это осложняет налоговый контроль и делает рынок менее привлекательным для инвесторов. Что, на ваш взгляд, необходимо сделать для стандартизации GGR и построения прозрачной системы налогообложения?
– Всё очень просто – необходимо стандартизировать терминологию. В частности, определить, что такое GGR. Разница между всеми поступившими средствами и всеми выплаченными средствами – это и есть GGR. В то же время иногда административные органы или отдельные эксперты считают, что GGR – это все средства, которые поступили в игорное заведение, онлайн или офлайн. Это не соответствует ни международным стандартам, ни экономической логике, но такая проблема существует из-за отсутствия четкого законодательного определения.
В очередной раз всё сводится к простому решению – необходимо вносить изменения в законодательство. Но в любой стране мира игорный бизнес является сложным политическим вопросом, и такие изменения требуют времени. Мы постоянно поднимаем этот вопрос на разных уровнях, однако на данный момент завершить процесс сложно, поскольку существует лобби и значительное количество закулисных факторов, которые мешают стандартизации налоговой терминологии.
Если термины будут стандартизированы, количество инвесторов увеличится. Главный тезис – необходимо принять соответствующий закон. Однако это крайне сложно из-за большого количества подводных камней.
– Первый этап Государственной системы онлайн-мониторинга (ГСОМ) должен заработать в декабре этого года. Вы предупреждали, что без изменений в налогах запуск системы может навредить бизнесу. Услышали ли власти этот аргумент и готов ли рынок технически к этому нововведению?
– Учитывая, что законопроект о стандартизации налоговой терминологии для игорного бизнеса в Украине в настоящее время не стоит на повестке дня, очевидно, что нас пока не слышат. В результате процедура запуска ГСОМ происходит автономно, без учёта проблемы различных трактовок налоговых терминов в игорном бизнесе.
Условно говоря, разные административные органы уже по-разному интерпретируют доходную часть. Вместо устранения этой проблемы запуск ГСОМ лишь формально упростит работу административных органов: при отсутствии прозрачных и единых законодательных определений они смогут ещё активнее и свободнее трактовать любые показатели.
Без изменений в законодательстве сейчас не может идти речь о ставках налогообложения. Государство, находящееся в состоянии войны, объективно не может говорить о смене налоговых ставок. Соответственно, единственный реалистичный вопрос, который можно и нужно поднимать, – это унификация налоговой терминологии.
Однако при отсутствии диалога на высшем законодательном уровне запуск ГСОМ не решит существующие проблемы, а, наоборот, усугубит имеющиеся противоречия в определении налоговых обязательств между административными органами и «белым» бизнесом.
– Говоря об инструментах контроля и развития игорного рынка, нельзя не отметить мировой тренд на использование искусственного интеллекта. В одной из недавних статей вы отмечали, что лишь 5% ИИ-проектов являются прибыльными. При этом ассоциация IT Ukraine анонсировала ИИ-решения для гемблинга к 2026 году. В каких направлениях украинские операторы уже сегодня успешно используют ИИ?
– Я очень осторожно отношусь к искусственному интеллекту и его применению. В сфере азартных игр, на мой взгляд, потребуется время для эффективного внедрения таких технологий.
В 2025 году многие организаторы экспериментировали с интеграцией ИИ в различные процессы: игровую механику, мониторинг поведения игроков, предотвращение игровой зависимости и так далее. При этом очевидно, что такие разработки не будут публичными, поскольку это внутренняя кухня каждой компании.
Тренд на использование ИИ, безусловно, существует – компании пытаются выработать соответствующие подходы и инструменты. Однако говорить о буме пока рано. На глобальном уровне преобладают критические оценки: по разным данным, значительная часть программных решений с использованием ИИ (около 30–40%), внедряемых компаниями, оказывается убыточной. В 2025 году по всему миру было множество подобных экспериментов.
Именно поэтому игорный бизнес в целом очень осторожно относится к интеграции ИИ – отрасль не видит быстрой финансовой отдачи от таких инвестиций. Тестирование и постепенное внедрение, безусловно, продолжатся, но этот процесс не будет быстрым, поскольку даже на глобальном уровне гемблинг пока не видит четкой капитализации затрат на внедрение подобных инструментов.
Моя позиция проста: стоит подождать, наблюдать и анализировать. На мой взгляд, первые взвешенные выводы о ситуации в Украине можно будет сделать в конце 2026 года.
– С октября 2025 года Министерство цифровой трансформации Украины и PlayCity обсуждают введение официальных лимитов для игроков. Как это будет работать на практике? Не приведут ли жёсткие ограничения в легальном секторе к оттоку игроков на нелегальные сайты?
– Я полностью согласен с этим тезисом. Введение жёстких лимитов действительно будет стимулировать игроков переходить на чёрные сайты – это очевидно. Кроме того, временные ограничения для наземного сегмента недопустимы, поскольку его работа и так существенно ограничена комендантским часом.
Если будут введены дополнительные временные ограничения, игроки потеряют всякую мотивацию играть. Для наземных операторов азартных игр это представляет серьезный вызов с учетом нехватки времени, постоянных воздушных тревог, рисков безопасности и проблем с электроснабжением. Отключения электроэнергии создают дополнительные сложности для пребывания в заведениях даже при использовании энергосберегающих решений.
В результате такие лимиты могут привести к закрытию части легальных наземных заведений, что особенно болезненно скажется на малом и среднем бизнесе. Мы неоднократно направляли регулятору соответствующие инициативы, предложения и рекомендации.
Позиция Украинского игорного совета однозначна: государственные лимиты по времени и расходам не нужны. Игроки должны устанавливать ограничения самостоятельно. Европейский опыт, в частности Чехии, показывает, что механизм самоустановленных лимитов не приводит к оттоку игроков на нелегальные сайты.
– Подводя итоги 2025 года, какие прогнозы можно сделать на следующий год? Ранее вы говорили, что рынок может вырасти на треть в ближайшие 2–4 года. Что должно стать главным драйвером роста: возвращение иностранных инвесторов, экспорт технологий или внутренний спрос?
– Я говорил о том, что при выполнении определённых условий рынок может вырасти в три, четыре, пять раз и даже больше. Однако сейчас мы все находимся в процессе трансформации. Потенциальные показатели роста игорного рынка, даже в условиях войны, пока не реализованы, поэтому говорить о реальном росте крайне сложно.
Сегодня в Украине отсутствует единая налоговая терминология в сфере азартных игр. Необходимо существенно усилить борьбу с чёрным рынком. Лотерейный рынок фактически ещё не запущен. ГСОМ должен внедряться только после законодательных изменений и унификации налоговой терминологии в соответствии с международными стандартами.
Если законодательство станет понятным и предсказуемым для международных партнеров, количество участников рынка будет расти. Это принесёт международный опыт, новые технологии и здоровую конкуренцию, которые станут драйверами развития отрасли. На данный момент мы находимся на этапе донастройки уже созданной системы, поэтому не стоит ожидать массового притока новых компаний.
Отдельной проблемой остается налог на выигрыши, который до сих пор непонятен многим иностранным партнёрам. Очевидно, что этот подход необходимо менять или пересматривать сам механизм налогообложения. Идеальной моделью является нулевая ставка налога на выигрыши. В то же время, учитывая войну и потребность государства в средствах, четкое определение порога, с которого такой налог применяется, могло бы стать минимальным компромиссом.
Практика показывает, что маркетинговые и добровольные механизмы привлечения средств во время игры могут принести государству больше доходов, чем прямое налогообложение выигрышей. Когда игрок заранее знает, что с его выигрыша будет удержан налог, это негативно влияет на его восприятие процесса. В то же время добровольные платежи, благотворительные взносы или донат-механики воспринимаются значительно легче и позитивнее – особенно когда игрок находится в эмоционально комфортном состоянии.
Существуют психологические факторы, которые можно и нужно учитывать при наполнении бюджета альтернативными, современными инструментами. Если все эти параметры будут соблюдены, законодательство станет понятным для иностранных партнёров, рынок – конкурентным и цивилизованным, а государственные доходы продемонстрируют устойчивый рост.
Не забудьте подписаться на наш телеграм-канал!
