В Австрии, Венгрии и Польше привилегированное положение государственных игорных монополий определяет темпы развития каждого рынка. Однако, как отмечают юристы, монополии и их критики должны найти точки соприкосновения перед лицом нового поколения вызовов и повышенной общественной чувствительности к этой сфере.
Баланс сил, сложившийся в пользу государственных монополий, на протяжении десятилетий формировал политику в сфере азартных игр в странах Центральной Европы. Но основания, на которых держатся монопольные привилегии, в каждом из этих рынков постепенно подходят к критической точке.
Вопрос уже не в том, можно ли юридически оправдать существование монополий, а в том, готовы ли правительства, регуляторы и суды реформировать законодательные рамки, которые их поддерживают, и, наконец, перейти к новому коммерческому и конкурентному порядку.
Нынешние противоречия ярко проявились на саммите HIPTHER Prague Summit 2026, где представители индустрии предупредили, что юрисдикции Центральной Европы по-прежнему заметно отстают от более широких европейских регуляторных тенденций, несмотря на привилегии, предоставляемые давно существующим монопольным системам.
Австрия: вечный застой
Доктор Кристиан Писка, профессор юридического факультета Венского университета, выразился предельно резко: «В Австрии мы дошли до точки, которую иначе как полным упадком не назовешь», описывая ситуацию как «отсутствие прогресса и лишь неудачное политическое направление для всех сторон».
По его мнению, такая критика вполне оправданна. Австрия остается единственным государством-членом ЕС, которое до сих пор не ввело сколько-нибудь содержательного регулирования онлайн-гемблинга и даже не предприняло серьезной попытки это сделать. И это несмотря на позицию Суда Европейского союза (CJEU), согласно которой монопольные системы должны применять системный и последовательный подход к онлайн-гемблингу, не предоставляя исключительных прав одной стороне.
За десятилетие дискуссий ни правительство, ни политические партии так и не представили заслуживающего доверия плана по отмене онлайн-привилегий компании Casinos Austria AG и ее онлайн-дочерней структуры Win2Day.
По словам Писки, Австрия превратилась в «проблемный рынок Европы… забудьте про Германию». «Если у вас 70% рынка – это нелегальный гемблинг, – говорит он, – то это, конечно, никак нельзя назвать системным подходом в рамках какого бы то ни было регулирования».
Критика выходит далеко за пределы юридической теории. Как отметил Писка, монопольные права фактически «предоставляются всего одним абзацем австрийского закона», восходящего к Закону об азартных играх 1989 года, и ни один суд это положение не оспорил.
Тем временем политическая воля к переменам явно отсутствует. Несмотря на всю риторику о реформе, «Австрия продолжает навсегда оставаться в ловушке между юридическими обязательствами и политической нерешительностью. Никто не должен рассчитывать на какие-либо скорые изменения».
Польша: онлайн-казино в замороженном состоянии
Если Австрия – это пример инерции, то Польша – пример противоречий. Правительство утверждает, что действующая модель является либеральной, однако государственная компания Totalizator Sportowy продолжает контролировать сегмент онлайн-казино. В результате сохраняется система с монопольной логикой, которая при этом не устраняет те перекосы, которые должна была предотвратить после реформ 2017 года.
Доктор Юстына Груша-Глембицка указала на структурные слабости правоприменения. «На практике контроль очень затруднен», – говорит она, отметив, что трансграничные операторы в значительной степени остаются вне досягаемости польских властей.
Юридические механизмы существуют, но применяются непоследовательно, в то время как Польша продолжает политику, которую можно охарактеризовать как «загон игроков в ловушку серых онлайн-казино».
Кроме того, Польша возлагает на легальный сектор ряд обременительных условий. Налоги, требования комплаенса и ограничения по продуктам лишь усиливают преимущества монополии. И все же, парадоксальным образом, конкуренция сохранилась, и даже расширилась в сфере ставок на спорт – единственном сегменте рынка, который был частично либерализован.
Польский юрист в сфере онлайн-гейминга Марек Плота отметил, что это привело к неустойчивому равновесию. Крупные игроки адаптировались за счет масштаба и маркетинга, сохранив относительно высокий уровень перетока игроков в легальный сектор, несмотря на 12%-ный налог с оборота, который многие считают чрезмерно карательным. Однако система почти не оставляет пространства для новых участников. «Новых игроков нет, – заметил он. – Есть только уходящие».
«В 2017 году было выдано 23 лицензии, сейчас активны только 17, и лишь четыре компании показали прибыль», – утверждает Плота.
В итоге формируется двойной рынок: работающий легальный сектор спортивных ставок и одновременно значительная офшорная экономика онлайн-казино, действующая вне регуляторного контроля. Польские власти хорошо осведомлены об этом дисбалансе, однако импульс к реформам, особенно в сегменте онлайн-казино, по-прежнему отсутствует.
Венгрия играет по правилам Zrt
На бумаге Венгрия, похоже, пошла по другому пути. Законодательные изменения, введенные в 2023 году, должны были открыть рынок и положить конец эксклюзивному положению Szerencsejáték Zrt – всеобъемлющего государственного оператора, контролирующего лотереи, онлайн-игры и спортивные ставки. Однако спустя три года ожидаемая волна конкуренции так и не появилась.
Причина кроется не столько в намерениях, сколько в самой конструкции реформы. Формально Венгрия открыла рынок 1 января 2023 года, но одновременно создала систему жестких ограничений, которая отпугнула всех потенциальных конкурентов от получения венгерской лицензии.
Критерии допуска исключают компании, которые в течение предыдущих пяти лет предлагали нелицензированные азартные игры в любой стране Европейской экономической зоны. А это фактически отсекает многие известные фирмы, ранее работавшие в юрисдикциях ЕС.
Сегмент онлайн-казино по-прежнему привязан к внутренним наземным концессиям, что рассматривается как дополнительный буфер государственного контроля. В сочетании с высокими финансовыми порогами и операционными требованиями это создает рынок, который открыт лишь в теории, но фактически остается под контролем Szerencsejáték Zrt.
Доктор Габор Хелембаи отметил: «Прошло три года с момента принятия нового законодательства, а на рынок так и не пришел ни один конкурент».
Модель, основанная на жестком правоприменении, дала лишь частичные результаты. «Блокировка платежей, рекламы и веб-сайтов, – говорит он, – помогла повысить уровень перенаправления», что позволило доходам Szerencsejáték Zrt достичь отметки в €1 млрд.
Однако Хелембаи добавил, что невозможно понять, «отражает ли этот результат эффективность правоприменения или просто отсутствие жизнеспособной конкуренции… Правда в том, что мы вообще не знаем размеров черного рынка».
В 2026 году дальнейшее направление развития остается неопределенным. Австрия не в состоянии выйти из монопольной модели, которая для участников рынка выглядит все менее оправданной. Польша сохраняет систему, которая частично работает, но при этом демонстрирует полный провал в защите потребителей. Венгрия ужесточает контроль, формируя рынок, малоинтересный для иностранных инвесторов.
Монополии по-прежнему оказывают решающее влияние на перспективы игорного рынка Центральной Европы. Но их будущее будет зависеть уже не столько от юридических привилегий, сколько от способности конкурировать на рынках, где заинтересованные стороны больше не готовы бесконечно ждать.
Не забудьте подписаться на наш телеграм-канал!
